VI

..........  Был вечер. Мать только что вернулась из госпиталя. Отец стоял у плиты и разогревал наскоро приготовленный ужин. Никогда ещё на родителей не наваливался столь тяжёлый груз проблем. Всех мучила моральная и физическая усталость. Казалось, струна натянута до предела и вот-вот должна лопнуть.
..........  Допив чай, отец вышел из-за стола и подошёл к окну. Его внимание привлёк подъехавший к дому лимузин, из которого вышел шикарно одетый мужчина средних лет. На нём было чёрное драповое пальто, и в руке он держал чёрный дорогой кожаный кейс. Нелепо перепрыгивая через лужи, незнакомец направился прямо к их дому. Раздался звонок, и через минуту на пороге появился элегантный мужчина. Вместо представления он протянул каждому свою визитную карточку, на которой аккуратным каллиграфическим почерком было выведено:

..........  Профессор скинул пальто и, дождавшись приглашения, прошёл в комнату. Он опустился в предложенное ему кресло и произнёс:
..........  - Господа! Я не думаю, что в сложившейся ситуации вас мог бы удивить мой столь неожиданный визит. Конечно, я бы мог пригласить вас к себе в клинику, но мне показалось, что будет лучше, если мы встретимся в неформальной, неофициальной обстановке. - Профессор сделал паузу и, обведя взглядом всех членов семьи, продолжил: - Разговор у нас может получиться необычный. Я бы даже сказал, деловой.
..........  Он встал и начал нервно прохаживаться по комнате. Было заметно, что он сильно волнуется.
..........  - Не скрою, что для меня, как, наверное, и для многих других специалистов, было бы особенно интересно получить в пациенты именно вашего мальчика. И дело даже не в том, что болезнь его хранит массу загадок и представляет бесспорный научный интерес, а в том, что клиника, в которой окажется Джим, может претендовать на получение колоссальной денежной дотации. Как вы понимаете, в условиях всеобщего падения интереса к науке, финансовая поддержка оказалась бы далеко не лишней даже для такой процветающей клиники, как наша.
..........  Профессор замолчал. Он говорил медленно. Чувствовалось, что каждую сказанную фразу он глубоко продумал заранее. Был он человеком явно не бедным, да и клиника его считалась одной из самых преуспевающих в стране, поэтому люди, которые давно знали Эдгара Поплавского, наверняка смогли бы подтвердить, что в данной ситуации им движет скорее не материальный, а научный интерес.
..........  - Нетрудно предположить, - продолжил он, - что сейчас может начаться закулисная игра, в которую могут быть втянуты как вы, так и ваш сын. Мне бы хотелось оградить вас от этого. Вам не найти лучшего места для обследования ребёнка и более выгодных условий, чем те, что смогу предложить вам я.
..........  - И каковы ваши условия? – спросил отец.
..........  Профессор открыл кейс и вынул оттуда пачку документов, подготовленных заранее. Несколько секунд он сам просматривал отпечатанные листки, делая вид, что обдумывает предложение. Однако было понятно, что все пункты договора продуманы и утверждены им задолго до прихода сюда. Паузу он выдерживал, скорее, не для себя, а для них.
..........  - Учитывая, что ваше материальное положение, как нам удалось выяснить, не слишком благополучно, вы вряд ли сможете проводить обследование за свой счёт. Государственные дотации, как вам должно быть известно, не выдаются частным лицам, поэтому вам в любом случае придется иметь дело с какой-либо клиникой. Думаю, вы не станете возражать, если такой клиникой станет наш научный центр. В случае вашего согласия мальчик уедет со мной. Он будет жить в прекрасных условиях, ни в чём не нуждаясь.
..........  Профессор держал документы открытыми, но говорил, не заглядывая в них. Родители слушали его с неподдельным вниманием. Даже бабушка, во время разговора не проронившая ни слова, осознав всю серьёзность положения, была готова перенести столь болезненное для неё расставание с внуком. Но профессор продумал и это:
..........  - В случае вашего согласия, - продолжил он, - вы сможете также перебраться в столицу. По крайней мере, наша клиника готова понести подобные расходы. Мы вовсе не заинтересованы в быстром завершении обследования, так что вы сможете безбедно жить в предоставленном вам доме. Вам не разрешат оставаться в клинике на ночь, но видеться с мальчиком вы сможете днём, в любое удобное для вас время. Если возражений против данных пунктов договора нет, вы должны поставить свои подписи здесь и здесь.
..........  Воцарилась тишина, и стало слышно, как по окнам забарабанил дождь.
..........  - Господа! Я не думаю, что у вас будут более интересные предложения. Вариант, предложенный нами, создаёт идеальные условия жизни как для вашего сына, так и для вас. Мы готовы выплачивать вам специальное ежемесячное пособие, так что, в случае вашего согласия, доход вашей семьи превысит доход семьи среднего инженера. А это – деньги! И деньги немалые... В подобных ситуациях принято давать время на размышление. У вас его почти нет. Ответ я должен получить не позднее пяти часов утра. Думаю, ночи вам вполне хватит для того, чтобы собрать малыша в дорогу. Наш самолёт в 8:30.
..........  Профессор демонстративно взглянул на часы и, со словами «до скорой встречи» вышел из дома.

..........  Сделав крутой вираж и взмахнув крылом навстречу восходящему солнцу, Боинг-727 взял курс на восток. Джим сидел у окна и с любопытством рассматривал землю с высоты птичьего полёта. Было исключительно интересно наблюдать, как дома и машины, казавшиеся с земли такими большими, вдруг становились маленькими, словно игрушечными. Вскоре они и вовсе превратились в некое подобие разноцветных божьих коровок, медленно двигающихся по широким, расчерченным словно по линейке, цветным квадратам земли. Где-то очень далеко под лайнером прополз червячком железнодорожный состав. Зелёные луга и пашни, леса и овраги приобретали вид причудливого ковра, и город, так толком и не успевший стать для Джима родным, растаял за горизонтом.
..........  Поднявшись ещё выше, самолёт вошёл в зону густых облаков, и смотреть в окно стало неинтересно. Джим окинул взглядом салон. Вокруг него сидели совершенно незнакомые люди. Встретившись с ним взглядом, каждый норовил одарить его своей улыбкой, ибо, без сомнения, соседство со столь известным мальчиком не могло остаться незамеченным ни для кого из пассажиров. Весёлый и задорный Джим смотрел на них так, как будто только что сошёл с обложки популярного журнала. Однако пять лет ещё не тот возраст, в котором слава кружит голову. Поэтому очень скоро Джима перестали интересовать незнакомые ему дяди и тёти, и он снова прилип к окну.
..........  Профессор сидел рядом, глубоко задумавшись. Командировку, бесспорно, можно было признать успешной. Мальчик будет жить при клинике, под его, Эдгара Поплавского, постоянным присмотром, и работа, которая ему предстоит, может принести не только огромное моральное удовлетворение, но и мировую известность. О чём ещё мог мечтать столь честолюбивый учёный? Он мог с уверенностью смотреть в будущее. Впереди его ожидала блестящая карьера.
..........  А Джим? А Джим спал. И лайнер уносил его в неизвестность, туда, где в ярких огнях и суматохе огромного города должна была продолжиться его столь удивительно начавшаяся жизнь.

..........  Он проснулся оттого, что в комнату ворвался ослепительно яркий солнечный свет, приподнял голову с подушки и осмотрелся. Он был один. Было тихо, и только слышалось, как на стене размеренно тикали часы с кукушкой. Комната была буквально завалена игрушками. Здесь было всё: и огромных размеров подъёмный кран, и коробки с разноцветными маленькими гоночными автомобилями, и солдатики. Значит, это был не сон! Неужели весь этот волшебный, игрушечный мир теперь его? Прошло больше недели, как он поселился в этой комфортабельной, уютной комнате, прозванной в клинике «детской», и к изобилию, которое окружило его, он не сможет привыкнуть ещё очень долго.
..........  С родителями он виделся часто. Они приходили к нему каждый день, гуляли с ним, иногда даже забирали на ночь. Но так как на нём всё время укреплялись какие-то датчики, и даже во сне он вынужден был находиться под постоянным медицинским контролем – случалось это крайне редко. Почти всё время он проводил в этой комнате. Теперь она была его домом.
..........  Друзей у него не было, да, пожалуй, и не могло быть. В клинике редко кто задерживался более чем на два-три дня, а этого недостаточно для того, чтобы завязалась серьёзная, крепкая дружба. В школу он не ходил: получал частное образование. Каждый день его навещали несколько учителей. Учился он плохо, так как был избалован и знал, что всё, что захочет, может получить практически по первому требованию, не прилагая для этого каких-либо усилий.
..........  За первые четыре года обследования смерть приходила к нему трижды. Последний раз он пролежал в коме более суток, и врачи серьёзно опасались, что вернуться к жизни ему больше не удастся. Но всё закончилось благополучно. Углублённое изучение состояния его здоровья, которое не прекращалось ни на минуту на протяжении всего этого времени, позволило лишь поверхностно изучить столь непонятное явление, но вот познать причину, вникнуть в её сущность доктора так и не смогли. Многие светила медицины вынуждены были признать, что исследования последних лет не продвигают науку к разгадке, а лишь являются топтанием на месте, и не более того…
..........  Сам Джим не испытывал каких-либо неудобств и даже привык к подобному состоянию. Его больше не пугала неизбежность приступов. Они приходили неожиданно и так же неожиданно исчезали. Провоцировали их, как правило, обычные простудные заболевания.
Следующие два года стали самыми счастливыми в его жизни. Болезнь как будто отступила и на протяжении этого времени не проявлялась ни разу. Он был окружён постоянной заботой и вниманием. В клинике его полюбили настолько, что он стал практически родным как для Эдгара, так и для всех тех, кто был рядом. Даже учителя не особо досаждали ему, смирившись с тем, что ребёнку, который легко может получить всё, что захочет, вряд ли возможно привить трудолюбие и любовь к знаниям. В общем, судьба беззаботно перекатывала его по жизни, словно сыр в масле, до конца семидесятых.
..........  Но летом восьмидесятого в жизнь Джима впервые пришла беда.
..........  Было воскресенье, и в этот день родители его не навестили. Их вообще не было в городе. Стояли чудесные дни, и семья в полном составе отправилась на отдых. Ехали машиной, за рулём которой сидела мать. На одном из опасных поворотов их крохотный «Пежо» выскочил на встречную полосу и лоб в лоб столкнулся с огромным трейлером.
Отец, мать и бабушка погибли сразу. За жизнь Роберта и Линды врачи боролись более суток, но их усилия оказались тщетны.
..........  Господь даёт жизнь, он же её и забирает. На этот раз он забрал всех в одночасье, оставив Джима сиротой.
..........  Это был удар, равного которому он не получал ещё никогда. Нельзя сказать, чтобы он был очень привязан к семье, так как последние шесть лет вынужден был жить отдельно, но все же он очень любил мать с отцом, брата с сестренкой и особенно бабушку. Пять дней он не разговаривал и практически ничего не ел. Нет, он не плакал, он просто молча смотрел на окружающих пустыми, как будто застывшими глазами. Врачи успокаивали его, как могли, стараясь отвлечь. Под грузом навалившегося на него несчастья он вдруг повзрослел и в свои неполные одиннадцать лет стал многое воспринимать иначе. Казалось, он впервые ощутил всю многогранность и сложность окружающего его мира. Судьба начинала играть им. Она же преподносила ему первый урок, давая понять, что жизнь значительно сложнее, чем кажется, и состоит она отнюдь не только из белых полос…
..........  Теперь он остался совсем один.
..........  Очевидно, именно с этого момента самым близким для него человеком стал доктор Эдгар Поплавский

..........  А время летело.
..........  Он так никем и не стал. Образование не закончил, профессию не получил. За прошедшие годы многие из окружавших его врачей получили ученые степени. Доктора менялись часто, особенно в последнее время, когда приступы как будто начали отступать и практически не приходили. Менялись методы исследования и формы предлагаемого лечения, выбор лекарств и количество распределяемых нагрузок, и лишь одно оставалось неизменным - единственным врачом, на протяжении всех этих лет фанатично продолжающим работу, оставался профессор Эдгар Поплавский. Кем был он вначале, и кем стал теперь? Да, бесспорно, своего он добился. К нему давно пришла мировая слава. Его имя долгие годы не сходило со страниц газет и журналов. Его постоянно приглашали почётным гостем на симпозиумы и конференции. Но сегодня, спустя почти тридцать лет, прошедших со дня их первой встречи с Джимом, чем мог похвастать этот умудрённый жизненным опытом, уже почти старик? Тайны он так и не открыл. Сущность явления не познал. Единственное, что, пожалуй, он мог констатировать, так это тот факт, что если сегодня он и не в состоянии излечить Джима, то, по крайней мере, может говорить о том, что ему удалось притормозить процесс развития его болезни.
..........  В кабинете было темно. Тяжёлые гобеленовые портьеры прикрывали огромное двустворчатое окно. Из него открывался чудесный вид на ночной город. Однако ни суета, ни шум улиц, ни бурная столичная жизнь не привлекали профессора. Он сидел за огромным столом, склонившись над разбросанными по зелёному сукну листами белой бумаги. Часы пробили двенадцать. Профессор поднялся и, набросив на плечи пиджак, висевший на спинке стула, не спеша вышел из кабинета.